Америка времён биржевых спекуляций, нэп, довоенная Тула, ковёр для самбо — Алим Тыналин меняет декорации так часто, будто проверяет, где его герой сломается быстрее. Не ломается нигде: это всегда человек, который считает ходы на два дальше остальных.
В «Криминалисте» Итан Митчелл приходит в себя в окружной больнице Спрингфилда с пулей в плече, пока газеты уже разносят историю ночного штурма и войны двух кланов Озарка. В цикле «Биржевик» герой идёт по следу убийц Чарльза Риверса, получает от Сары Коллинз конверт с документами и ключ от камеры хранения на Центральном вокзале — а дальше упирается в контору, которой такие бумаги очень не нравятся. Рядом стоят «Нэпман» с его красными олигархами, «Инженер: империя пара» и спортивные «Самбист» и «Каратист», а из отдельного — «Шах и мат».
Пишет Тыналин сухо и быстро, без лирических отступлений: короткая сцена, поворот, следующая сцена. Здесь предлагают не любоваться миром, а следить за комбинацией, и это тот случай, когда деловая хватка героя интереснее любой драки.
