Ex libris — ad scientiam · фундаментальная библиотека художественной литературы · основана в MMXXVI году
Тим Волков

Тим Волков

На платформе с 04.09.2026

55
Книг
1 148
Просмотров
Циклы автора 12
Время наточить ножи, Кенджи-сан! 3

Время наточить ножи, Кенджи-сан! 3

08.09.2026

Современная проза

0.0 11 0
Время наточить ножи, Кенджи-сан!

Время наточить ножи, Кенджи-сан!

08.09.2026

Современная проза

0.0 14 0
Альпинист. Книга 3

Альпинист. Книга 3

08.09.2026

Приключения

0.0 12 0
Фаворит смерти. Том 1

Фаворит смерти. Том 1

08.09.2026

Приключения

0.0 13 0
Время наточить ножи, Кенджи-сан! 4

Время наточить ножи, Кенджи-сан! 4

08.09.2026

Современная проза

0.0 10 0
Сянци. Имя зверя

Сянци. Имя зверя

07.09.2026

Приключения

0.0 10 0
Альпинист. Книга 1

Альпинист. Книга 1

06.09.2026

Приключения

0.0 10 0
Альпинист. Книга 2

Альпинист. Книга 2

06.09.2026

Документальная литература

0.0 11 0

Биография

Тим Волков родился 17 октября 1986 года в Усть-Каменогорске. Начинал он с постапокалипсиса, а потом разошёлся широко: фантастика, альтернативная история, попаданческая проза, детектив с мистическим привкусом — и всё это уживается в одной библиографии без видимого напряжения.

Самая обжитая его территория — прошлое, куда герой попадает не туристом, а работником. В «Земском докторе» уездный врач разбирается с эпидемиями, уголовщиной и комсомольцами разом: Анюта Пронина с Василием идут в город за газетами, отбивают Юрку Ростовцева от хулиганов, находят фантик от «Мишки косолапого» — и он выводит на след ночных грабителей. В «Курсе на СССР» шестидесятилетний журналист-расследователь получает пулю от снайпера на пустыре и открывает глаза семнадцатилетним в Зареченске. Рядом — «Ай да Пушкин!» про одарённого кадета, ставшего регентом, самурайский «Токийский замес», «Кодекс дуэлянта» и «Амурский самородок».

Волков любит бытовую фактуру: цены, вывески, говор, порядок действий. Сюжет у него движется маленькими расследованиями, а герой чаще побеждает наблюдательностью, чем силой. Такое чтение хорошо заходит тем, кто ценит в попаданческой прозе не магию, а достоверно собранную повседневность.