Биография
Девяностые, империи и параллельные истории — рабочий диапазон Саши Фишер. В «Шоу должно продолжаться!» это заявлено прямо названием: длинная хроника о том, как в девяностые люди делали карьеру на сцене и рядом с ней. «Звезда заводской многотиражки» смотрит на ту же эпоху из редакции, а «АдвокатЪ» — из зала суда, с твёрдым знаком на конце.
Самая мрачная линия — «Арлекин» с «Чужим наследником», где огранённого из рода Строговых Олега снова и снова бросают в пекло: очередной Прилив, твари снаружи, сектанты, устроившие резню изнутри, и приказ держать галерею любой ценой. Политика там не фон: после инцидента в Разумовском император собирает силовой блок без протокольного официоза, начальник жандармерии и главком отправлены в отставку, а в недрах ведомства обнаруживается предатель. Есть и «Красный вервольф» — совсем другая, тревожная интонация.
Фишер пишет коротко и нервно, любит холодных героев и сцены совещаний, где решается больше, чем в бою. Часть книг сделана вместе с Данилом Коганом и Валерием Гуровым.
Самая мрачная линия — «Арлекин» с «Чужим наследником», где огранённого из рода Строговых Олега снова и снова бросают в пекло: очередной Прилив, твари снаружи, сектанты, устроившие резню изнутри, и приказ держать галерею любой ценой. Политика там не фон: после инцидента в Разумовском император собирает силовой блок без протокольного официоза, начальник жандармерии и главком отправлены в отставку, а в недрах ведомства обнаруживается предатель. Есть и «Красный вервольф» — совсем другая, тревожная интонация.
Фишер пишет коротко и нервно, любит холодных героев и сцены совещаний, где решается больше, чем в бою. Часть книг сделана вместе с Данилом Коганом и Валерием Гуровым.