Циклы автора
4
Биография
Сергей Воронин начинал с поэтического сборника, а продолжил исторической военной прозой, остросюжетными боевиками и исторической фантастикой — сочетание, которое объясняет, почему его батальные сцены редко обходятся без интонации.
«Грозные годы» открываются неожиданно: герой стоит на остановке, ждёт автобус и думает, что лучший бой — тот, которого не было, но всё-таки делает шаг вперёд, когда пятеро развязных парней лезут к женщине. Дальше его ждёт «Битва при Молодях», а рядом стоит «Стрелец и корсар». Цикл «Красный Восток» с «Маньчжурией. 1945» и «Кореей. 1950» ближе к документальной прозе: разведгруппа капитана Василия неделю идёт по следу «вервольфов», которые после капитуляции ушли в леса подбивать первую и последнюю машины колонн. Есть ещё «Орел и Ворон» и «ЧВШ – Частная Военная Школа»; часть работ написана с Даниилом Калининым.
Воронин пишет о войне без романтики, но и без чернухи: тактика, усталость, чувство долга, которое проговаривается редко и по делу. Для читателя, которому нужна историческая достоверность и живая речь одновременно.
«Грозные годы» открываются неожиданно: герой стоит на остановке, ждёт автобус и думает, что лучший бой — тот, которого не было, но всё-таки делает шаг вперёд, когда пятеро развязных парней лезут к женщине. Дальше его ждёт «Битва при Молодях», а рядом стоит «Стрелец и корсар». Цикл «Красный Восток» с «Маньчжурией. 1945» и «Кореей. 1950» ближе к документальной прозе: разведгруппа капитана Василия неделю идёт по следу «вервольфов», которые после капитуляции ушли в леса подбивать первую и последнюю машины колонн. Есть ещё «Орел и Ворон» и «ЧВШ – Частная Военная Школа»; часть работ написана с Даниилом Калининым.
Воронин пишет о войне без романтики, но и без чернухи: тактика, усталость, чувство долга, которое проговаривается редко и по делу. Для читателя, которому нужна историческая достоверность и живая речь одновременно.