Циклы автора
8
Биография
Альтернативная история у Влада Тарханова — жанр не про сабли, а про решения: кто с кем договорился, какую телеграмму отправил и что из этого вышло через двадцать лет.
В цикле «Мы, Мигель Мартинес» попаданец в теле Михаила Кольцова успевает устранить Гитлера и развалить Веймарскую республику на ГДР и Четвёртый Рейх, после чего оказывается в опале: две недели гипнотизёры из НКВД вытаскивают из его головы каждый шаг, потом наступает тишина, а он остаётся корреспондентом с молодой женой и испанской командировкой впереди. В «Я – король Баварии» на дворе 1863 год, генерал Ли объезжает поле после Геттисберга, в лазарете лежит баварский генерал Штауффенберг, а сам Людвиг II ужинает в Ватикане с Тьером. Есть ещё «В августе сорок первого», «Цена империи» и «Тот самый Петр».
Тарханов пишет обстоятельно, с документальной интонацией и вниманием к второстепенным фигурам, о которых обычно вспоминают в сносках. Читать его стоит тем, кому интереснее механика власти, чем подвиги.
В цикле «Мы, Мигель Мартинес» попаданец в теле Михаила Кольцова успевает устранить Гитлера и развалить Веймарскую республику на ГДР и Четвёртый Рейх, после чего оказывается в опале: две недели гипнотизёры из НКВД вытаскивают из его головы каждый шаг, потом наступает тишина, а он остаётся корреспондентом с молодой женой и испанской командировкой впереди. В «Я – король Баварии» на дворе 1863 год, генерал Ли объезжает поле после Геттисберга, в лазарете лежит баварский генерал Штауффенберг, а сам Людвиг II ужинает в Ватикане с Тьером. Есть ещё «В августе сорок первого», «Цена империи» и «Тот самый Петр».
Тарханов пишет обстоятельно, с документальной интонацией и вниманием к второстепенным фигурам, о которых обычно вспоминают в сносках. Читать его стоит тем, кому интереснее механика власти, чем подвиги.