Биография
Живёт Семён Афанасьев в Алматы, много поездил по свету, окончил Институт иностранных языков и в своё время серьёзно занимался спортом — последнее заметно почти в каждой книге, где герою приходится драться. Его фирменный приём — «обратное попадание»: не наш современник улетает в другой мир, а сознание из параллельной реальности приходит сюда, в чужое молодое тело.
«Алекс и Алекс» — боевая фантастика о подростке, в медицинском импланте которого поселился учёный из более развитого и гуманного мира. «Деревенщина в Пекине» начинается с бытового скандала: герою сватают дочь председателя с квартирой в Шанхае и чужим ребёнком в придачу, он отказывается, получает от отца ремнём и отвечает по челюсти. В цикле «Такидзиро» министр МВД уходит в отставку, чтобы прижать собственных подчинённых, а Решетников берётся за семь минут назвать тех, кого покрывает спецотряд.
Пишет Афанасьев подробно, с длинными внутренними монологами и любовью к бытовой механике: как устроено общежитие, тренировка, допрос, чужая страна. Ирония у него суховатая, почти протокольная, и именно она делает его героев, при всём их превосходстве, похожими на живых людей.
«Алекс и Алекс» — боевая фантастика о подростке, в медицинском импланте которого поселился учёный из более развитого и гуманного мира. «Деревенщина в Пекине» начинается с бытового скандала: герою сватают дочь председателя с квартирой в Шанхае и чужим ребёнком в придачу, он отказывается, получает от отца ремнём и отвечает по челюсти. В цикле «Такидзиро» министр МВД уходит в отставку, чтобы прижать собственных подчинённых, а Решетников берётся за семь минут назвать тех, кого покрывает спецотряд.
Пишет Афанасьев подробно, с длинными внутренними монологами и любовью к бытовой механике: как устроено общежитие, тренировка, допрос, чужая страна. Ирония у него суховатая, почти протокольная, и именно она делает его героев, при всём их превосходстве, похожими на живых людей.