Биография
Придумать герою слабую позицию и заставить выкручиваться — любимый приём Олега Ковальчука. В «Хозяине очага и крова» Макс отстраивает таверну, которую охотники грозятся спалить, а Симеон, поверивший в его выдумку про мытьё посуды как боевую практику, честно тренируется на тарелках. В следующей книге деревня готовится к обороне, и герою достаётся роль кухонного работника — правда, его стряпня с особыми травами и крупицей энергии воздуха поднимает раненых на ноги.
Другие его циклы жёстче: «Аргумент барона Бронина» и «Сердце Великой Изнанки» держатся на дворянских счётах и опасной изнанке мира, «Пекло» ведёт должника через чужие цели, королев и псиоников. «Воля императора» написана вместе с Евгением Шалашовым, среди соавторов Ковальчука также Андрей Схемов и Алексей Сокол.
Пишет он тепло, с вниманием к мелочам ремесла: рецепты, ремонт, расстановка людей по баррикадам занимают его не меньше поединков. Его герой почти никогда не самый сильный в комнате, зато самый полезный.
Другие его циклы жёстче: «Аргумент барона Бронина» и «Сердце Великой Изнанки» держатся на дворянских счётах и опасной изнанке мира, «Пекло» ведёт должника через чужие цели, королев и псиоников. «Воля императора» написана вместе с Евгением Шалашовым, среди соавторов Ковальчука также Андрей Схемов и Алексей Сокол.
Пишет он тепло, с вниманием к мелочам ремесла: рецепты, ремонт, расстановка людей по баррикадам занимают его не меньше поединков. Его герой почти никогда не самый сильный в комнате, зато самый полезный.