Биография
Начало «Гимна шута» стоит пересказать целиком, потому что оно задаёт весь тон: Пашка весил под сто двадцать и очень любил шутить, однажды вложил жвачку в ладонь уличного задиры, получил в челюсть и неудачно упал. Дух его обрёл покой на четыреста лет, а очнулся он уже Павлом Анатольевичем, юношей из клана Волконских, — слабосилком с Даром иллюзий, то есть, с точки зрения местных, почти никем.
Дальше Антон Федотов разворачивает из этого длинную боевую сагу с аналитиками, штурмовыми группами и очень чёрным юмором: операция идёт как по маслу, координаты вскрыты, дом зачищен, пленный уведён, — а в комнате вместо заложника обнаруживается весёлая восьмилетняя девчонка с автоматом, которая теперь поедет жить к «Шутам». «ЖнецЪ» уводит в имперскую службу с её жатвой и работой в паре, «Некурящий» и «Лежебока» — в истории с говорящими названиями, а «Магия калибра 7.62» честно обещает ровно то, что обещает.
Федотов пишет смешно и жёстко одновременно: шутка у него не отменяет потерю, а подчёркивает её. Это проза для читателя, который любит армейскую интонацию и не требует, чтобы герой был приятным человеком.
Дальше Антон Федотов разворачивает из этого длинную боевую сагу с аналитиками, штурмовыми группами и очень чёрным юмором: операция идёт как по маслу, координаты вскрыты, дом зачищен, пленный уведён, — а в комнате вместо заложника обнаруживается весёлая восьмилетняя девчонка с автоматом, которая теперь поедет жить к «Шутам». «ЖнецЪ» уводит в имперскую службу с её жатвой и работой в паре, «Некурящий» и «Лежебока» — в истории с говорящими названиями, а «Магия калибра 7.62» честно обещает ровно то, что обещает.
Федотов пишет смешно и жёстко одновременно: шутка у него не отменяет потерю, а подчёркивает её. Это проза для читателя, который любит армейскую интонацию и не требует, чтобы герой был приятным человеком.