Последний человек на выжженной Бездной планете стоит среди трупов своего народа и ждёт смерти — а древний камень Предков открывает ему дверь ценой гибели всего мира. Даркар, сын императора Ристария, шагает в неизвестность и приходит в себя в теле шестнадцатилетнего наркомана. Григорий Магарыч начинает «Последнего наследника Триады» с максимальной ставки и дальше её не снижает.
Второй том спокойнее и оттого злее: герой обрёл семью, положение, уютный мирок — и сам собирает сумку в тридцать пятое подразделение Дозора, понимая ещё в поезде, что этап будет жёстким, а двое наёмников с татуированными пальцами тут неспроста. Рядом идут «Я был Богом!» с Азраилем, «Я – Роран», «Двуликий бастард» и «Гвардеец прошлой эпохи», где величие возвращают буквально по частям.
Пишет Магарыч размашисто, с высоким градусом и любовью к сценам, где герой стоит один против зала. Его занимают не бытовые мелочи, а масштаб: империи, боги, череда прожитых жизней. Читателю, которому в фэнтези нужен размах и герой, помнящий, кем он был.
