Циклы автора
8
Биография
Хайберский проход, казачий отряд, позади Хива, Бухара и Кабул, впереди Пенджаб, где сикхи Ранджита Сингха только что сбросили афганцев и осадили Пешавар, а пуштуны-афридии берут с путников дань отрубленными головами. Так выглядит «Индийский поход» — и так вообще выглядит география книг автора, пишущего под именем Greko: окраины империй, где всё решается малыми силами.
В «Государе» человек из будущего заперт в теле Александра Второго и знает, чем всё кончится, если ничего не менять: взрыв в динамитной мастерской на Тележной уже спутал карты, Кибальчич уцелел, подкоп на Малой Садовой продолжается, а полиция занята собственными войнами. «Черкес» — история двойного агента, начинающаяся в Стамбуле, «Русский бунт» разворачивает смуту с интервенцией и шапкой Мономаха, «Штык и кинжал» и «Белый генерал» держатся на разведке и диверсиях. Часть книг написана с Алексеем Вязовским, Петром Алмазным и Николаем Соболевым.
Greko работает с историей аккуратно и подробно: у него реальные фигуры, даты и логика ведомств, а фантастическое допущение служит только рычагом. Батальных сцен хватает, но лучше всего у него получается тайная война — вербовки, донесения, чужие города.
В «Государе» человек из будущего заперт в теле Александра Второго и знает, чем всё кончится, если ничего не менять: взрыв в динамитной мастерской на Тележной уже спутал карты, Кибальчич уцелел, подкоп на Малой Садовой продолжается, а полиция занята собственными войнами. «Черкес» — история двойного агента, начинающаяся в Стамбуле, «Русский бунт» разворачивает смуту с интервенцией и шапкой Мономаха, «Штык и кинжал» и «Белый генерал» держатся на разведке и диверсиях. Часть книг написана с Алексеем Вязовским, Петром Алмазным и Николаем Соболевым.
Greko работает с историей аккуратно и подробно: у него реальные фигуры, даты и логика ведомств, а фантастическое допущение служит только рычагом. Батальных сцен хватает, но лучше всего у него получается тайная война — вербовки, донесения, чужие города.