Она была совсем старая и совсем одна. Днем шила и штопала, по ночам боялась темноты — этот страх остался с ней после войны, когда немец поджег дом, который она сторожила, а позже прохожий бросил ее одну в дожде и мраке, и она чуть не упала в речку. Аугуста ничего не имела и ничего не просила, только ради дальней родни осмеливалась назвать мизерную плату за свой десятичасовой труд.

В ее жизни были два жениха — оба бродячие торговцы, оба исчезли. Один носил желтые ботинки и живет где-то на речке Кормор, другой однажды стал жертвой необычного происшествия и дал интервью газете. Аугуста поставила на них крест и теперь идет в воскресенье к службе — хрупкая, сутулая, в черном пальто, моргая подслеповатыми глазами. Мир, где царят идиотизм и самоуверенность, так и не заметил ее явления.