Зайсан маадов, что тревожил нас на гагульских тропах, оказался двойным агентом, но теперь его больше нет. Ольчей-оол разделил все захваченные кочевья на четыре сумона, учредил Великий Хурал и назначил единственный налог. Тувинцы и русские сдружились, семьи наших гвардейцев освобождены от поборов, а ставка Ольчея стала сердцем нового государства, затаившегося между двумя Енисеями.

Война не думает заканчиваться. Амбын-нойон скоро соберет новое войско, и нам придется держать оборону по рекам, встречая врага на переправах. Для этого нужны пушки — и они уже есть. На заводе отлили первое нарезное орудие: три выстрела в минуту, три километра точного огня прямой наводкой. Осталось решить, чем стрелять, и успеть поставить остроги до того, как реки замерзнут и откроют врагу путь по льду.