Майя сбежала четырнадцать месяцев назад, прихватив двоих детей и тридцать две тысячи рублей от продажи бабушкиного серебра. Заблокированный счет, чужой город, ведомственный детский сад и хозяйка, которая не задает вопросов, — это цена, которую она платит за свободу. Но однажды вечером во дворе хрущевки ее ждут два черных внедорожника с тонированными стеклами и человек, от которого она пряталась. Родион не изменился. Он опускается на одно колено перед сыном, которого не видел больше года, и говорит: «Больше никто никуда не бегает».

Майя знает его. Она знает, что значит «насовсем», и знает, чем заканчиваются его мягкие слова. Но в этот раз у нее есть то, чего не было раньше, — двое детей и ни одной копейки, чтобы убежать снова.