Мне тридцать четыре, и я привыкла справляться сама. Родители — нет, друзья — у всех своя жизнь. Поэтому, когда ключ не поворачивается в замке, а хозяин квартиры молчит, я не плачу. Я стою на лестничной клетке, курю и соображаю, как выжить с пакетом документов и компьютером вместо квартиры. Вибрация телефона выводит из ступора: Максим. Звонит именно тогда, когда я не могу справиться одна.

«Приезжай ко мне», — говорит он, и я еду. Его квартира, его ужин, его забота — всё это спасает меня от улицы, но одновременно путает все карты. Я планировала пожить пару недель и найти жильё, но каждый новый просмотр валится из рук, а привычка просыпаться под запах крепкого кофе без сахара становится опасной. Я боюсь дать этому чувству имя. Боюсь, что одно неверное слово разрушит то, что было между нами пять лет.