Я умела улыбаться так, будто в моей жизни ничего не треснуло. Этому меня научил брак с Гордеем Вересневым. Десять лет я была его тихой гаванью, создавала тыл и держала дом, пока он строил империю. Но на презентации его нового проекта я услышала, как его команда говорит обо мне: «В документах ее нет». Она подпишет — у нее нет ресурсов для войны. Оказывается, из моей жизни уже давно готовят аккуратный пункт, а мои эмоции — всего лишь слабая позиция против их структуры.

Они хотят оставить мне квартиру, машину и расписание материнства. Они уверены, что я не помню, кто звонил первому инвестору сорок три раза и кто ночами переписывал сметы. Они забыли, что у меня остались бумаги по первому проекту. И они ошиблись, решив, что женщина, которой не было в документах, не сможет начать собственную войну.