Семь лет он ждал этого дня: выйти из колонии, доехать до Лобни, обнять мать, начать все сначала. Он даже справку об освобождении получил без помарок. Но Москва встречает его ментами, Вера — чужим голосом и новостью о беременности, а мать — открытой форточкой и полной кастрюлей щей. Инфаркт. Обширный. Позавчера. Пока он еще был в дороге.

Илья сидит в квартире, которую обчистили, пьет водку, листает мамин альбом и пробует вспомнить ее лицо. Не может. Зато помнит все остальное: как его забирали, как Вера звонила ему на второй год, как он смотрел фотографии Суки в «Инфинити». Она говорит ему по телефону: у меня своя жизнь, я выхожу замуж. А он молчит про мать. Потому что прощать больше нечего — и некому.