— Что ты с ним сделала? — визжит Тамара Ильинична. — Он раньше нормальным человеком был! Жил спокойно, ел нормально, никого не трогал. А потом ты перевела его сюда, и он начал по врачам бегать. Сначала прыщи лечил! Ты заставила? Конечно, ты! Кому еще его кожа мешала? Мне не мешала! Он у меня всегда был красивым. Потом зубы! Взял деньги со счета, и стал выравнивать зубы, потому что тебе, видите ли, его улыбка не понравилась!
Каролина по-прежнему молчит.
— А глаза? — продолжает Тамара Ильинична. — Он всю жизнь носил очки! Прекрасные были очки, удобные, приличные. Но тебе понадобилось выжечь ему глаза лазером! Ты хоть понимаешь, что могла его слепым оставить?
— Лазерная коррекция зрения не выжигает глаза, — сухо замечает Каролина Эдуардовна.
— Не умничай! Я знаю, что говорю! Сначала прыщи, потом зубы, глаза, а теперь желудок!
Тамара Ильинична сжимает кулаки и ударяет по краю стола.
— А теперь желудок! До желудка добралась! Моего единственного сына положили в больницу! Пока ты здесь сидишь в своем кресле, его обследуют перед операцией. Ему отрежут здоровый желудок! Ты заставила его лечь под нож!
— Я не имею никакого отношения к решениям Григория Сергеевича, — холодно отвечает Каролина.

Два года назад я был неуверенным в себе офисным толстяком, живущим с матерью, но однажды я понимаю, что встретил ту, ради которой способен на все. Никто в меня не верил, но верил я сам. И у меня все получится. Потому что это все ради нее. Ради Каролины.