Когда я разбирала хлам в старом компьютере, то собиралась навсегда стереть папку с сотнями моих старых интервью. Кому нужны эти многолетние рассуждения о месте писателя в современном мире? Но, листая их, я вдруг поняла: это не архив, а жизнь. Жизнь, какая она есть — с одесским пляжем, где мальчик Рудольф виртуозно бранится вслед лодке с сестрой, с великими виноделами и австрийскими баронессами, с рассказами о Станиславском, сгоревшими от одной фразы.

Я перетряхнула эту жизнь, как старое одеяло, сдула пыль — и получилась книга. Книга, в которой я говорю с читателем начистоту: о литературе и деньгах, о славе и вранье, о первой публикации в «Юности» и о том, почему настоящий писатель — всегда посторонний. Обо всем, о чем меня спрашивали, и о том, о чем я сама хотела рассказать.