Этнограф, провалившийся под лёд с санями антибиотиков, очнулся в чужом теле — в метели, в старом тулупе, с дырой в груди от копья. Вместо привычного мира — системные сообщения о «культивационном пути шамана» и духовном опыте. Вместо памяти — только имя Варадар и странное внутреннее тепло. Вокруг — девушка Весна с раненым братом, мёртвый шаман-дед и волки, которые уже идут на запах крови.

Но волки — не главная беда. Рана парня не затягивается: её оставило зачарованное рунами копьё, а значит, и убить Варадара должны были те же «практики». Остаться с юнцами — почти верная смерть. Уйти — предать. А за пределами ели, в снежной круговерти, за ним следят два фиолетовых огонька, которые он уже видел, когда очнулся.