У него нет имени — только буква. Ять, репортер и коллекционер красивых бессмыслиц, встречает осень семнадцатого в полном одиночестве. Жена ушла, надежды кончились, мир осыпается, как старая штукатурка. А по Петрограду всё наглее ходят темные — нищие с желтыми лицами, которые не благодарят за милостыню и, кажется, только ждут часа выйти из подполья. Ять знает о них больше, чем признается, — и боится того, что они принесут.

Он еще держится: ходит к антиквару Клингенмайеру, разглядывает бесполезные вещицы, вспоминает, как любил зиму. Но орфографию уже реформируют, «ять» упраздняют — и вместе с буквой исчезает всё, на чем стояла его жизнь. Остается только ждать — и смотреть, как темные поднимаются со дна.