Не ожидал, что обычный удар по голове отправит меня из двадцать первого века прямиком в 1891 год. Очнулся в теле великого князя Георгия Александровича — того самого, что умирал от чахотки. Только вот не умер. Вместо этого чувствую себя подростком на гормональном всплеске: сил полно, хочется двигаться, стрелять, жить. А вокруг — медики, которые не понимают, что произошло, казаки, которые не спускают с меня глаз, и воспоминания чужого человека, в которых я путаюсь.

Хуже всего то, что я знаю, что ждёт эту империю впереди. И просто отсиживаться в Аббас-Тумани, набираясь сил, не могу. Нужно возвращаться в игру, пока меня не списали со счетов окончательно. Вот только с чего начать — пока не ясно. Но что-то подсказывает: тихо здесь не посидишь.