Я очнулась во дворе усадьбы, которую продавали с молотка, и поняла, что тело мне не принадлежит. За спиной — жизнь Савины Лорк, которую я не проживала: ссора с сестрой, пять лет молчания, внезапное письмо с просьбой ничего не продавать. Впереди — долг в тридцать две тысячи, опись имущества и девочка, которая ждала меня слишком долго.

Появившийся Гарет Солвей останавливает торги: в завещании его брата мы назначены опекунами Лиссы. Суд дает сорок пять дней. Но управляющий сбежал накануне описи, в закупках песка — разница в три раза, из архива исчез документ на карьер, а в перечне бумаг Мирены значится соглашение о выкупе мастерской, которого нигде нет. Когда распорядитель приносит его вечером, я вижу четвертую подпись. Свою. И почерк до боли знаком — я сама выводила эти буквы сегодня утром.