Умер. Окончательно и бесповоротно. Слышал, как врачи констатировали смерть, видел, как гаснет свет. А потом очнулся на холодном столе в морге — в чужом теле, с чужой головной болью и с документами на имя какого-то Антона Пухначёва. За окном — Москва, январь 1973 года. Вместо привычного 2021-го.

Теперь он — местный алкаш и тунеядец, у которого пять приводов в милицию, ни кола ни двора и перспектива угодить в колонию за тунеядство. А еще где-то в будущем остались Светлана, её муж — олигарх Федор Брут, — и долг, который этот самый Брут решил взыскать самым изощренным способом: зашвырнуть соперника в брежневский застой. Похоже, ему это удалось. Осталось разобраться, как выжить здесь, не сдохнуть от побоев и не сгинуть в «совке».