«Меня зовут Ляо Ша. Или Алексей — кому как удобнее» — так начинается «Иллюзорный чемпион», и в этой фразе вся механика книг Игоря Маревского. Его герои всегда двое в одном: боец, которого предали и убили на арене, просыпается сиротой-иностранцем среди одноклассников, и теперь ему заново собирать себя из чужой биографии.
Самый приземлённый его цикл — «Провинциальный остеопат»: Алексей Смирнов приезжает в Москву из Иркутска с дипломом и планами на большую жизнь, а получает двенадцать тысяч до вычета, общагу с храпящим соседом и наставление забыть про медицинские штучки и работать физруком. Рядом — «Парадокс», «Хранитель Пути Зверя» и «Внекатегорийный артефакт» с его страницами Кодекса Практика. Часть книг написана вместе с Артемом Сластиным.
Маревский держится первого лица и разговорной интонации, охотно возится с бытовой фактурой — зарплатами, расписаниями, кабинетами — и уже на этом фоне выводит своих сверхспособных героев. Когда чудо сначала упирается в смету, оно почему-то выглядит убедительнее.
