Циклы автора
27
Вне циклов
1
Биография
Восток в книгах Андрея Ткачева — не декорация, а система координат: культивация, таинственные практики, кланы с тысячелетней памятью. Он пишет боевое и героическое фэнтези о попаданцах и выживальщиках, а начиналось всё с романа «Поглощение» 2017 года, который и привлёк внимание к его дальнейшим работам.
Самый броский его цикл — «Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя», созданный с Оливером Ло: герой за три дня очищает остров Лунного Дракона, после чего глава влиятельнейшего клана Восточной Империи Шу Вэймин кланяется ему первым, а его дочери окружают гостя на банкете, каждая со своим расчётом. Совсем другой тон у «Князя Целителя»: пойманного мага уничтожают его же свои, посреди полка, и герой в Каменске перестаёт понимать, кому можно верить. Рядом стоят «Рассвет Души Повелителя», «Темный призыватель» и «Князь шаман».
Ткачев любит героя, который сильнее всех вокруг, но вынужден играть в политику — и напряжение рождается не в бою, а на приёмах и советах. Текст идёт от первого лица, быстро и с долей самодовольства рассказчика, что здесь скорее приём, чем недостаток. Для тех, кто ценит в фэнтези восточный колорит и долгие, многотомные истории возвышения.
Самый броский его цикл — «Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя», созданный с Оливером Ло: герой за три дня очищает остров Лунного Дракона, после чего глава влиятельнейшего клана Восточной Империи Шу Вэймин кланяется ему первым, а его дочери окружают гостя на банкете, каждая со своим расчётом. Совсем другой тон у «Князя Целителя»: пойманного мага уничтожают его же свои, посреди полка, и герой в Каменске перестаёт понимать, кому можно верить. Рядом стоят «Рассвет Души Повелителя», «Темный призыватель» и «Князь шаман».
Ткачев любит героя, который сильнее всех вокруг, но вынужден играть в политику — и напряжение рождается не в бою, а на приёмах и советах. Текст идёт от первого лица, быстро и с долей самодовольства рассказчика, что здесь скорее приём, чем недостаток. Для тех, кто ценит в фэнтези восточный колорит и долгие, многотомные истории возвышения.