Я шла домой через стройку, сжимая в кармане ключи, и молилась, чтобы шаги за спиной оказались моей фантазией. Они не оказались. Когда я свернула за угол гаража и вжалась в стену, сердце колотилось так, что его, казалось, слышно за километр. Он появился из темноты — высокий, в капюшоне, тяжёлая поступь. Я запустила в него комом спрессованного льда со всей силы, на которую была способна. Глухой удар, тёмная кровь на снегу, и капюшон падает, открывая лицо, которое я потом буду разглядывать в лифте, пока мы будем стоять в гробовой тишине. — Ты совсем больная?! — рявкнул он, и я поняла: я не ошиблась. Я просто ошиблась в нём.

Он — Артур. Тридцать два года, светлые волосы, голубые глаза, из тех Афанасьевых, у которых доминантные гены.