Я умер под трамваем. А очнулся в больничной палате Советского Союза, в теле тринадцатилетнего пацана по имени Ванька Жуков, который сам только что чуть не отдал концы из-за электричества. Вокруг — 1986 год, ампулы с аминазином и соседи по палате, которые считают меня контуженым дурачком. Реципиент мой не выжил, так что теперь я — Ванька. Мать-бухгалтерша, младшая сестра, деревня Петропавловка, совхоз и никакой связи с моим миром.

В наследство досталась память пацана — скудная, рваная, с кучей проблем в школе. Зато у меня остались знания взрослого мужика, который много где поработал и много чего повидал. Главное — не высовываться, вести себя соответственно возрасту и не попасть в дурку. А там видно будет: может, песни вспомню, может, что другое придумаю. В СССР я не пропаду, с моим-то послезнанием.