Меня зовут Эсса Ренн. Мне тридцать семь. Вчера мне было тридцать девять, я сидела на кухне с отчетами и спорила по телефону о ремонте крыши. Сегодня я сижу напротив незнакомого мужчины в сером сюртуке и узнаю, что мой дом снесут через семь дней. Проблема в том, что дом этот я вижу впервые, тело, в котором нахожусь, тоже, а женщина, чье место я заняла, не оставила мне ни воспоминаний, ни объяснений.

Городской закон устроен сложнее, чем мои глаза. Участок мой, здание на нем стоит, но в реестре его нет, а значит, юридически оно не существует. Чтобы оспорить решение, нужны документы, которых у меня нет. Кайр Тевен, пятнадцать лет работающий в управлении, вежливо объясняет, что процедура называется «устранением незарегистрированного сооружения», и ждет моей реакции. Я не знаю этого мира, его письменности, которую почему-то понимаю, и правил, по которым он живет. Но я знаю, как разговаривать с людьми, которые считают, что если назвать проблему иначе, она исчезнет. Не исчезала никогда.