Оскорбления меня больше не трогают. Я сама решаю, что носить и как жить. С королевским портным, который отказался шить мне платья, я заключила сделку: за десять процентов дохода он получает славу законодателя моды и право называть новую женскую одежду своим именем. Жакеты, жилеты, юбки с бантовыми складками — и вот я уже не крестьянка в чужих тряпках, а герцогиня, которая может разговаривать с королем на равных.

Титул и земли я получила через брак с умирающим Фиппом. Он был моим спасителем и предателем одновременно, и в последний момент попытался оставить меня ни с чем. Но король все предусмотрел: копии документов, подписи, регистрация брака — и я уже вдова герцога Фабербургского. Правда, теперь за мной охотится герцог Бартенбергский, который рвет документы и кричит, что я его. Он не знает, что с ним справится даже та, что еще недавно плакала от грубого слова швеи. Я больше не позволю собой управлять.