Я снимаю частные биографии. Не интервью для соцсетей и не рекламные истории, а разговоры, которые люди хотят оставить только своим детям. Пятнадцать лет я объясняю сотрудникам: человек может простить неудачный кадр, но утечку личного разговора — никогда. Поэтому у меня нет портфолио, нет публичных откровений, есть только закрытый архив и доверие, которое дороже денег.

В тот вечер я заканчивала запись с Марком Львовичем — основателем компании, который выбрал меня, потому что не хотел рассказывать семье удобную ложь. А потом зашла в просмотровый зал и застала своего мужа Эдгара с женщиной. Он даже не успел застегнуть рубашку. Она спокойно назвала срок: почти семь недель. Сорок девять дней, пока я жила с человеком, который уже начал мне лгать....