Меня зовут Иван Куприн. Ещё вчера я был мастером спорта, ездил на тачке отца и считал, что имею право на протест. За этот протест — фотографию в Бессмертном полку — меня сослали в лес, к деду Федору, и отобрали телефон. Но даже ссылка оказалась лучше, чем то, что случилось, когда я нырнул в озеро: я вынырнул в 1942 году, посреди отступающей армии, в окружении немецких разведгрупп.

Меня чуть не пристрелили, я наткнулся на труп собственного прадеда, с которого снял форму, и получил от умирающего попаданца короткий инструктаж: не высовываться, прикидываться контуженым, идти на север. Документы деда теперь мои, а значит, и его война — тоже моя. Осталось только не сдохнуть в первый же день, не попасть в лапы к немцам и не спалить, что я на самом деле из две тысячи двадцать первого, где про эту войну знают только по мемуарам и компьютерным стрелялкам.