Он знал. Пётр Юсупов знал, кто я такой, и не пытался защищаться, когда я прижал его к земле. Он видел ту ночь в поместье: как убили семью Соловьёвых, как настоящий Дмитрий ушёл в портал, и как из него вышел я. Его воспоминания, что показал Александр, стирают мою ненависть. Передо мной не убийца, а свидетель — сломленный, но честный. Я обещаю ему регулятор, ради которого он остался в Архангельске.

Вместо Москвы нас ждёт прорыв. Город воет сиренами, поезда отменены, и по договору я обязан закрывать свой сектор — портовые терминалы и верфи. Отряд из бойцов Сердцегорска, оружие от Степана, стабилизатор на шею — и мы идём в серую зону, где из разломов лезут твари. Мы зачищаем склад за складом, пока я не остаюсь один. На потолке, над дверью, висит существо размером с внедорожник, и его слюна уже парализовала половину моего тела. Восемь глаз смотрят, как я пытаюсь дотянуться до гранаты.