Всё, что я умею в магии, даётся ценой собственного тела. Мышцы атрофируются, суставы ноют, и даже тренировки с Павлом не спасают — волшебство разума пожирает меня изнутри. Леденцы, из-за которых всё началось, кончаются, а наставник, обещавший поддерживать, исчез. Фонд видит во мне угрозу, клан Цой, что приютил меня, загнан в угол, и женщина, которую я считал почти семьёй, оказывается в руках «Зелёного Лотоса». Небо над городом уже не просто темнеет — оно прямо говорит: время вышло.

Агафья, пережившая десятки тел, предлагает мне то же самое: взять чужую жизнь, сломать её волю и продолжить своё существование. Или умереть развалиной. Но когда я отказываюсь, она советует завести ребёнка и вселиться в него в колыбели. Я не готов губить чужие души ради своего спасения, но и умирать, так и не поняв, что такое настоящая сила, — глупо. Враги ждут меня в людном месте, и от того, сумею ли я заговорить с ними на их языке, зависит, увижу ли Мэй живой.