Утро начинается с того, что я вру себе: у дочери авитаминоз, просто весна. Вечером отец кладет на стол анализы, и вручать больше не получается. У Нины системная красная волчанка, почки не справляются, нужен импортный препарат за триста долларов. У меня — зарплата на скорой, талоны на бензин, которые все не приходят, и рисунок дочери во внутреннем кармане куртки: «Чтоб не забывал, как мы тебя ждем».

Я — Воронцов, хирург, который сбежал из большой медицины на «рафик» — подальше от белых стен, где все напоминает о жене. Но теперь отсидеться не выйдет. Вызов на Петровско-Разумовский: там дерутся за рынок, там же год назад убили Лену. А в грязи лежит парень с пробитой печенью. Я могу его зашить на заднем сиденье, рискуя всем. Или не зашить.